Студия, которая уехала в компьютер

В апреле 1966 года в лондонской студии EMI на Эбби-Роуд битлы записывали «Tomorrow Never Knows», и на один день здание превратилось в музыкальный инструмент. Каждый из четверых дома наделал петель из магнитофонной ленты: закольцованных кусков по шесть секунд, где звучали ускоренные гитары, смех, какие-то оркестровые обрывки. Всего петель набралось около тридцати, продюсер Джордж Мартин отобрал шестнадцать. Магнитофоны с петлями расставили по разным комнатам студии, и возле каждого сидел техник, который держал внутри кольца карандаш, чтобы лента не провисала. Звук от всех машин сводили на один пульт, и звукорежиссёры по ходу песни вводили и уводили петли движками, как музыканты берут и снимают ноты. Голос Леннона пропустили через вращающийся динамик Лесли, сделанный для органа Хаммонда. Молодой звукорежиссёр Джефф Эмерик сформулировал задачу так: каждый инструмент должен звучать не так, как звучит этот инструмент.

На Ямайке студией как инструментом играл мастер по ремонту радиоприёмников Осборн Раддок, известный как King Tubby. В 1968 году он собрал в Кингстоне свою звуковую систему Hometown Hi-Fi, огромные самодельные колонки для уличных танцев, и первым вытащил на улицу эхо и реверберацию, которые до этого существовали только в студиях. В 1971 году он открыл маленькую студию в районе Уотерхаус и поставил туда многоканальный пульт MCI.